#
#
Просмотров: 1148
Тема дня

Коронавирусный калейдоскоп. 29.07.2021

Picture

Попова заявила о неэффективности локдауна в борьбе с пандемией.

Просмотров: 4704
Тема недели

Неучтённые жертвы ковида

Picture

В медучреждениях Новокузнецка в "красных зонах" столпотворения и многочасовые очереди.

Просмотров: 8489
Тема месяца

Скончался Александр Щукин

Picture

Известный предприниматель из Новокузнецка ушел из жизни 19 июля.

Рубрики
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
Опросы на КузПресс
  Хватает ли вам денег на еду?
  Как вы отреагируете, если стоимость 92-го бензина вырастет до 50-ти рублей (95-го - до 55 рублей)?
  Получается ли у вас откладывать деньги, копить?
  ...
добавить на Яндекс
А Щукин призвал "садить всех хозяев, которые не платят зарплату"

"Садить всех хозяев, которые не платят зарплату!"

Публикуем окончание допроса новокузнецкого олигарха Александра Щукина по "делу замов Тулеева."

Как кузбасский олигарх Александр Щукин обсуждал с московским олигархом Гавриилом Юшваевым судьбу беловской шахты «Разрез Инской», где тысяча шахтеров не получала зарплату. Чем обернулся заграничный отпуск кемеровского угледобытчика и его желание работать в одиночку?

Об этом - в материале Тайги.инфо.
В середине ноября 2016 года по обвинению в вымогательстве у собственника шахты Антона Цыганкова 51% акций (513 штук) АО "Разрез Инской" стоимостью, по версии потерпевшего, более миллиарда рублей, были задержаны восемь человек: заместители губернатора Кузбасса Амана Тулеева Алексей Иванов и Александр Данильченко, начальник департамента административных органов региона Елена Троицкая, миллиардер из списка Forbes Александр Щукин и его доверенное лицо Геннадий Вернигор, руководитель СК РФ по Кемеровской области Сергей Калинкин, замглавы второго отдела по расследованию особо важных дел СК РФ по Кемеровской области Сергей Крюков и старший следователь Артемий Шевелёв. Процесс под председательством судьи Александра Вялова начался 31 октября 2018 года в Центральном районном суде Кемерова. Семеро из восьми подсудимых находятся под домашним арестом, а генерал-лейтенант Калинкин — в СИЗО. Обвинение предъявлено по ч. 3 ст. 163 УК РФ за вымогательство организованной группой в особо крупном размере.

Более чем за полтора года судебного разбирательства были допрошены более сотни свидетелей, оглашены "прослушки" телефонных разговоров фигурантов дела и характеризующие материалы на каждого подсудимого. В суде уже были допрошены обвиняемые Вернигор, Данильченко, Иванов, Крюков, Троицкая, Шевелев. Тайга. инфо продолжает публиковать содержание допросов Александра Щукина, с его характеризующими материалами, первой и второй частями допроса мы знакомили читателей ранее.

 

Допрос Александра Щукина. Часть III


16 июля 2016 года гендиректор «ЗапСибУгля» Александр Щукин и его заместитель по безопасности Владимир Маслов прилетели в Москву в 08:00 часов утра и поехали в ресторан на Рублевском шоссе, где была назначена встреча с фактическим собственником «Разреза Инского», миллиардером Гавриилом Юшваевым. Щукин с Масловым добрались до ресторана в 10:00, а спустя 15 минут прибыл Юшваев со своим помощником Игорем Гориным. Щукин, Юшваев, Маслов и Горин сели за стол, им принесли кофе, и Юшваев предложил Щукину обсудить дела с глазу на глаз. Маслов и Горин ушли, за столом остались двое — Щукин и Юшваев, начался разговор.

А зачем мне эта шахта?

«Сперва он [Юшваев] сказал: „Что у вас там творится?“, — вспоминает Щукин. — Я сказал: „Да ничего у нас там не творится, все нормально. Шахту вот сказали поднять, потому что зарплату не платят“. Мы говорили немного: может, 40 минут, может, час. Говорили про дела, про знакомых — как всегда при встрече начинается. Потом поговорили про шахту. Он говорит: „Да, шахта никогда не приносила прибыли, но можешь поуправлять шахтой“. Я ему сказал: „Ну да, можно поуправлять“. Договорились до того, что он приедет через месяц, он тоже в отпуск собирался, и мы с ним поговорим обо всем: о шахте, как там что делать, стать ли акционером. Больше ни о чем не говорили. Через месяц договорились встретиться и все — разошлись. Я улетел в отпуск. Он тоже в отпуск уехал. Вот и весь разговор. Договорились, что встретимся через месяц и будем всё обговаривать. Всё».

Адвокат Елена Юлова уточнила, делал ли Юшваев Щукину какие-то предложения?

«Он никакого предложения мне не делал, и я ему не делал, — ответил Щукин. — Я ему говорю: „Если поуправлять, да, я буду управлять“. А про выкуп акций я ничего ему не говорил. Я-то уже узнал там обо всем, что долги там большие. Как шахту покупать, если на ней такие долги? А когда будешь управлять, придешь и скажешь: „200 тыс. рублей стоит управление шахтой в месяц“, и будешь это получать. А зачем акции, если такие большие долги? Я никогда про акции вообще не говорил».

На вопрос, предъявлял ли Юшваев какие-то претензии лично Щукину, подсудимый ответил: «Сперва он [Юшваев] сказал: «Что вы там творите?». Я говорю: «Да ничего мы там не творим, там губернатор все это…». Он говорит: «Ну да», и уже не стал ничего говорить, и мы просто так поговорили. Как он себя вел, конечно, я понял, что он там [на «Разрезе Инском"] хозяин. Он давал деньги туда, конечно, он сам говорил, что дает туда деньги, а возврата никакого».

После встречи Щукин позвонил Тулееву, рассказал, что с Юшваевым «встретился, поговорили, все хорошо». Тулеев, по словам Щукина, сказал только: «Все, хорошо». Вечером Щукин улетел отдыхать.

«Я переночевал и подумал: „А зачем мне эта шахта?“, — вспоминает Щукин события следующего дня [17 июля 2016 года]. — Я на нее вообще-то никаких видов не имел и, когда посчитал все, подумал, что встречаться опять, работать с кем-то. Что там будет, я не знал: какие акции, чем управлять. Подумал, что, чем работать с кем-то, лучше работать одному. И отказался. Потому что у меня был неприятный опыт работы уже с некоторыми лицами. Лучше работать самому. Нашел рубль — твой рубль, потерял рубль — ну потерял рубль. Я когда переспал, я подумал, что не хочу я ни управлять, и ничего я не хочу там делать. Вообще не хочу эту шахту. И я отказался от всего этого на следующий день, а может не на следующий день, точно не помню, времени много прошло. Всем позвонил и сказал, что отказываюсь от этой шахты. Позвонил Иванову, Макину, Гусакову, Репину. Всем позвонил и сказал, что работать там не будем. Своей команде я сказал, чтобы они снимались и оттуда уходили».

«Приезжают, проверяют, ничего не объясняют!»



Команда щукинских специалистов распоряжение руководителя выполнила и с «Разреза Инского» ушла. После этого Щукину стали звонить из администрации Кемеровской области и требовать разъяснений.

«Много звонков было, — свидетельствует обвиняемый. — Постоянно звонил Данильченко и говорил, что Тулеев хочет со мной говорить. Я ему сказал, что он зам Тулеева, пусть с ним и разговаривает. Иванов мне звонил, спрашивал, почему я такое решение принял. Я сказал: „Ну вот принял и принял!“, и не стал никому ничего объяснять. Мне звонил Горин и говорил: „Я тебя прошу, пожалуйста, останься и работай там, потому что нам будет хорошо, что ты там будешь работать, мы шахту из прорыва выведем“. Я сказал: „Нет, я не буду работать“. Горин меня уговаривал, чтобы я остался. На шахте не было угля, шахта не работала, а где деньги брать? Ну, раз заплатил, два заплатил. И я не стал, отказался и Горину об этом сказал. Калинкин мне рассказывал, что там большие долги, но я знал еще до Калинкина, что там большие долги. Гусаков мне говорил, что у шахты долги большие, нет угля и не было там просвета. Потому что брать шахту с такими долгами — нет, поуправлять можно было, а в собственность ее брать — это вообще мне не надо было. Шахта вся была убитая: ни кабелей, ничего не было».

Защита и суд поинтересовались у Щукина, что последовало за его отказом заниматься «Разрезом Инским».

«Когда я отказался, стали давить мои шахты „Полосухинскую“ и „Грамотеинскую“, — вспоминает угледобытчик. — Ваша честь, я вам говорил про это уже на суде. Ваша честь, я не хотел акции брать! Я всю свою команду оттуда убрал! И началось: Ростехнадзор начал ездить и останавливать мои шахты, в СМИ сказали, что я бросил все свои шахты и уехал на Кипр, спрятался. А я на Кипре и не был! Я много лет работал директором на шахтах и смотрел за шахтами очень щепетильно. За все время, сколько я работал директором, у меня был всего один смертельный случай. И после 16 июля, как я отказался, Ростехнадзор начал проверять и шахты останавливать то одну, то другую. А моя шахта считалась одной из лучших, по технике безопасности, по всему. Ко мне и Владимир Владимирович [Путин] приезжал, я его водил по шахте, ему очень понравилось».

Щукин и в 2016 году, и по сей день, уверен, что остановки «Полосухинской» и «Грамотеинской» были необъективными, потому что шахты работали стабильно и никаких серьезных нарушений на них он не допускал. Но, как считает предприниматель, причину для остановки всегда можно найти. Настоящей же причиной, по его мнению, был его отказ от «Разреза Инского» и то, что он забрал оттуда команду своих специалистов.

«Потом мне позвонили и сказали: „Ты команду опять дай!“, — продолжает подсудимый. — Я опять послал туда Иванову технического директора Гусакова, сказал: „Разбирайтесь!“. Шахта „Инская“ с нами ["ЗапСибУглем"] заключила договор, чтобы мы им помогали. Мы им рештаки варили, потому что им никто уже не варил, потому что у них долгов перед всеми было уже очень много, головку им переварили, скребки купили, привезли лопаты. Суд не захотел приобщать к делу, что там лопат вообще не было. Все это сделали, привезли цепи, рештаки и лаву начали зачищать. А потом мы ушли. И вот что бы они не делали эти 4 года и 3 месяца, пока мы находимся тут, все равно шахту никто не вывел. И вот Гайдин говорил, что выведет шахту, а шахта-то все равно в банкротстве. И угля там нет».

Внеплановые частые проверки Ростехнадзора, приезды инспекторов из Кемерова и приостановки работ на шахтах Щукина проходили с конца июля по начало августа 2016 года. В августе он перечислил администрации области последние 30 млн из 100 млн рублей, которые у него просили, и проверки сошли на нет.

«Что служило поводом и основанием для проведения проверок?» — уточнил судья Вялов.

«Они приезжают, проверяют и ничего не объясняют», — ответил Щукин.

«Так не бывает!» — удивился судья.

«Как не бывает?! — настойчиво повторил Щукин. — Говорят: „Внеплановая проверка“. Они вышли проверили, предписание написали, отдали, а дальше с судом решайте».

С распоряжениями о проверках Щукина могли не знакомить еще и потому, что у каждой его шахты был свой директор, а сам Щукин занимал должность генерального директора «ЗапСибУгля» и узнавал о проверках от директоров шахт.

«Не он, а мы инициируем, потому что там забастовка готовилась»



По ходатайству защиты в суде огласили расшифровку телефонного разговора, состоявшегося 8 августа 2016 года в 15:36 между Щукиным и Тулеевым (полное содержание беседы с пояснением Тулеева приведено в главе «Ничего мы там не взяли, ничего у нас с вами нету!»).

Тулеев: «Вот смотри, ты великий, конечно! Но вот сейчас меня вызывает ФСБ и говорит: «Почему вы незаконно тянете Щукина, отдаете ему бумаги там, рейдерские захваты?» Я говорю: «О чем речь идет?» — «О шахте «Инской»».

Щукин: «Я тоже не знаю, о чем речь идет».

Тулеев: «Ну, ты послушай. Вот у тебя сейчас, на момент разговора, акции есть этой шахты или нет?»

Щукин: «Нету, Аман Гумирович, ничего нету, ничего! Потому что их там есть компания, которая регистратор. Как мы можем их на себя оформить? В тот раз же из-за этого и встал… Народ поехал, а там сказали: „Пошли в…, давайте от хозяина бумагу!“ Ничего у нас нету».

Тулеев: «Ну, в общем, короче говоря, у тебя нету акций, правильно?»

Щукин: «Правильно, конечно».

Тулеев: «И ни в коем случае не должно быть нигде, значит, вот этих вот акций! И я так и сказал. А они говорят: „Вы прикрываете Щукина. Это, значит, бандит, который забирает акции!“ Я говорю: „Во-первых, не он, а мы инициируем, потому что там же забастовка готовилась, и обратились все к Киселевску“.Тебя, говорю, привлекли как специалиста, потому что один человек, который может с людьми говорить на своем языке — это он! При чем здесь? И мы предупредили забастовку! А акции, говорю, ему никто не дал! И это все просто разговоры шли, чтоб дать. На самом деле по жизни ничего у него нету. Я правильно сказал?»

Щукин: «Правильно, Аман Гумирович, вы сказали. Ничего мы там не взяли, ничего у нас с вами нету. И пускай они».

Тулеев: «Вот, самое главное, да, что нету, нету акций у тебя никаких там, нету».

Щукин: «Ну как мы могли переписать акции, если этот — левый человек, а хозяин сидит в Москве, и у него свой этот, как его, регистратор. Ну как бы мы акции переоформили? Я ж в тот раз вам сказал, что акции переоформлять нельзя, потому что он не разрешил. Я же с ним разговаривал? Разговаривал! И все».

Тулеев: «Ладно, понятно. Хорошо».

Щукин: «Я это, как бы сказать, на „Заречной“ сейчас руковожу уже десять дней».

Тулеев: «Так что у тебя все — таки? Потому что у тебя на неделе, значит, семь пятниц!»

Щукин: «Как понять „семь пятниц“, Аман Гумирович?»

Тулеев: «Ну как? Ну потому что сейчас мы перестали тебе верить, потому что ты говоришь утром одно, а вечером другое».

Щукин: «Ну и не надо мне верить! Что? Как я говорю одно? Ну не верьте! Я что? Я пришел сейчас на „Заречную“, вел с ними переговоры».

Тулеев: «А при чем. С чего тогда ты? „Юрмаш“ тогда что? Мне вот по „Юрмашу“… Я говорю: «А я не верю. Я уже перестал верить». По "Юрмашу" что тогда? Если "Заречная", тогда и "Юрмаш"получается автоматом! Алло!»

Щукин: «Да. Все автоматом и переходит, потому что в среду я еду туда и разговаривать с ними буду».

Тулеев: «Ну отзвони, только чтоб правда был там. Надо».

Щукин: «А что, что Вы это, как бы сказать, думаете, что я кого-то обманываю? Я никого не обманываю».

Тулеев: «Я не про это думаю. Мне ясность нужна! Я никогда не лезу в бизнес».

Щукин: «Я правлю уже неделю здесь. Неделю уже правлю. С ними договорился, все. Бумаги подписаны. Они 50% акций мне переписывают. Я уже два раза был на „Юрмашзаводе“, ничего страшного там нету. Там осталось 70 миллионов по зарплате. В среду все порешаем, зарплату заплатим, потому что там с поляками начинаем работать по сеялкам, по веялкам, три комплекса заказали. Все нормально».

Тулеев: «Да нормальный завод! Ты, самое главное, отдай деньги, чтобы меня не мучили! Потому что меня Москва аж на контроле там. Президенту все докладывают! Сиенко этот — мерзавец! Что там с ним? Уже штампа некуда ставить! Он же что танки ["УралВагонЗавод"] завалил, что "Юрмаш" завалил! Но мне нужна ясность, потому что мне надо докладывать».

Щукин: «Теперь по шахтам здесь, по шахтам. Тут задолженность тоже есть. Вот сколько? 42 миллиона зарплаты. И по налогам. Так сказал Макин, мне на мониторинг идти. Я не пойду. Я пошлю туда своих экономистов. Они все там расскажут».

Тулеев: «По какой шахте?»

Щукин: «По шахтам УК „Заречная“».

Тулеев: «А-а, ну понятно. Там три шахты, да?

Щукин: «Да. Там четыре шахты».

Тулеев: «Ну, раз ты берешься, то я спокоен. Но лишь бы там вранье…».

Щукин: «Я же ничего против Вас не выступаю, ничего!».

Тулеев: «Да еще бы не хватало!»

Щукин: «Ну да! Я за Вас всегда. А только уехал — сразу шахты останавливать! Зачем? Я ничего не знаю».

Тулеев (вздыхает): «Ну было, да, было».

Щукин: «Ну и что? Сейчас вот отгрузки лежит 30 тысяч! И в план не вписались, вот и все!»

Тулеев: «Ладно, забыли. Хорошо, давай».

Щукин: «Ну ладно, все, до свидания. Я все потом расскажу позвоню. Все, вопросов нет».

Тулеев: «Давай».

Щукин содержание разговора вспомнил и согласился, что ответ Тулеева: «Ну было, да, было» на реплику: «Я за Вас всегда. А только уехал — сразу шахты останавливать! Зачем?» тогда воспринял, как подтверждение того, что проверки и приостановки шахт «Грамотеинской» и «Полосухинской» были ни чем иным, а именно давлением за то, что он отказался оформлять на себя право собственности на акции «Разреза Инского».

Также из разговора видно, что рабочие планы Щукина с 8 июля по 8 августа 2016 года гораздо больше были связаны не с «Разрезом Инским», а с совсем другими предприятиями.

«Если взять „УК Заречная“, там 4 шахты, — объясняет Щукин. — „Заречная“ шахта добывала 600 тыс. тонн угля в месяц, „Октябрьская“ добывала 300 — 350 тыс. тонн в месяц, еще третья шахта там была, она добывала 200 тыс. тонн в месяц. Мы пришли все там сделали. Я там был советником у Сиенко, это был директор „УралВагонЗавода“, которому принадлежала „УК Заречная“, он попросил меня прийти и поруководить. Стали заниматься „Юрмашем“, сразу нашли туда заказы везде, потому что он не работал».

Защита уточнила, стало ли знакомство с Юшваевым и испуг его фигурой мотивом, по которому Щукин отказался от идеи стать собственником «Разреза Инского».

«Я отказался не от того, что испугался Юшваева, — отрицает Щукин. — Он же тоже человек, что его бояться? Я много кого знаю в Кузбассе и везде. Чего я испугался? Вернигор может подтвердить, что я никого не боялся. Я просто не захотел этой шахтой управлять. Эта шахта мне была не нужна, потому что когда все анализы сделали и еще когда сказали, что Цыганков там не хозяин, все в осадок выпали. Вообще, чтобы акции оформить, надо писать договоры, а что по доверенности? Я же там говорил, в разговоре с Тулеевым, что пришли на шахту с этой доверенностью, а нам сказали: „Вы кто вообще такие? Как вы будете управлять с доверенностью?“.У нас акций и не было. Я не претендовал на эту шахту, я хотел ей только управлять. Акции мне были не нужны. И не собирались оформлять. Я никогда становиться акционером „Разреза Инского“, не хотел. Это я дал согласие Тулееву. Он говорит: „Вот акции перепиши на себя“. Я согласился: „Ну, наверное перепишем“. Вот в этом я и виноват, что я дал согласие. Я же ничего там не стал переписывать, когда во всем разобрался. Потом, когда разобрались с людьми, что акции не Цыганкова, а других людей, то все уничтожили. Мы и не хотели! Как мы могли оформить акции шахты на себя, если у нас была только доверенность. Да и не стал бы оформлять, мне не интересна эта шахта. Она маленькая шахта, плохая!»

«Почему вы дали тогда согласие Тулееву, если шахта маленькая?» — уточнила адвокат Юлова.

«Я же ему сперва деньги дал, про акции мы ничего не говорили, — объяснил Щукин. — Говорить-то стали только 12 июля. Он когда мне звонил 12 июля, я же ему говорил: „Да не надо мне акции, я в управление ее возьму, я помогу вам“. Денег дал. Я отказывался еще тогда, не хотел на ней работать, ну не хотел и все. Я еще почему отказался: зачем с кем-то работать, когда у людей денег миллиарды, а я-то маленький предприниматель, от этого и отказался. Я не потяну там, где долги такие!»

Отдых миллиардера и его нарушители

Защита попросила Щукина пояснить, почему ранее на допросе о своем телефонном разговоре 8 июля с Алексеем Ивановым он говорил, что был спросонья, хотя разговор состоялся в 13:47, что нельзя назвать ранним утром.

«Мой рабочий день на шахте начинался в 06:15 утра, — ответил Щукин. — Я проводил селектор с ночной сменой, с начальниками смен работал, с диспетчерами. Вставал я в 05:00, выезжал на шахту, там 40 минут езды. Работал до обеда. Потом приходили директора на работу в 7:30, и с ними работал до 9:30. В 11:30 — 12:00 я всегда ходил обедать. После обеда, я же тоже человек, я всегда ложился спать на час или на полтора в комнате отдыха. И в это время мне позвонил Иванов и начал говорить: „Александр Филиппович…“». Обвиняемый скорректировал показания, подтвердив, что разговаривал с Ивановым не утром, а днем.

Также Щукин пояснил, что 11−12 июля собирался уже улететь в отпуск и купил билеты. Но после разговора с Ивановым 8 июля, после того, как он пообещал обладминистрации перечислить 70 млн рублей на зарплаты шахтерам «Разреза Инского», и помочь «разрулить» кризисную ситуацию на шахте, отпуск пришлось отложить.

Подсудимый повторил, что задержание Цыганкова считал и считает законным, а юридической причиной задержания, по его мнению, была невыплата зарплаты коллективу шахты. С формулировками обвинения о заведомой незаконности задержания Цыганкова Щукин категорически не согласен.

Отвечая на вопрос адвоката Гречко о встрече с Андреем Гайдиным, 12 июля 2016 года в офисе «ЗапСибУгля» Щукин уточнил, что Гайдин пришел по своей инициативе в районе обеда без предупреждения, чтобы попросить денег на зарплату и налоги на «Разрезе Инском».

«Что ж, я что ли буду его звать: „Иди, я тебе деньги дам!“? — рассказал Щукин. — Гайдин говорил, что все бросили шахту и она никому не нужна. Пришел, сказал, что нужны деньги». Гайдина Щукин знал со времени, когда тот работал директором «ЕвразРуды», но о кризисе на «Инском» все-таки первым сообщил ему не Гайдин, а Алексей Иванов 8 июля.

Несколько уточняющих вопросов Щукину задал подсудимый генерал Сергей Калинкин.

Калинкин: — Вы сказали, что после того, как решили отказаться от шахты «Инской», Вы позвонили Горину, Иванову, Данильченко, а сообщали ли вы об этом Гайдину?

Щукин: —Да, сообщал.

Калинкин: — Как Гайдин принял ваше сообщение? Были ли у него какие-то предложения к Вам?

Щукин: —Сперва он говорил: «Да ты останься! Да что ты уходишь!». Я сказал: «Оставаться я тут не собираюсь. Ты тут натворил, ты и расхлебывай!»

Калинкин: — Просил ли Гайдин Вас, чтобы Вы оставили директора на шахте?

Щукин: — Чтобы Сидорова оставили не просил, а может и просил, я забыл.

Калинкин: — Говорил ли Гайдин о том, что у него нет денежных средств, чтобы дальше работала шахта?

Щукин: — Да, он всегда говорил, что у них нет денег.

Калинкин: — Вы Гайдину сообщали о своем разговоре с Юшваевым, что тот обещал выделить денежные средства?

Щукин: — Я не помню. Знаю, что, когда я ушел оттуда, Юшваев заплатил им зарплату, дал маленько денег, и они там зарплату чуть-чуть заплатили.

Калинкин: — Вы подтверждаете, что Гайдин просил Вас остаться на «Инском»?

Щукин: —Да, и Горин, и Гайдин просили меня остаться.

Вопросы обвинения: «Кто такой Ульянов?»



Задавая вопросы подсудимому Щукину, прокурор несколько раз пыталась узнать, почему Иванов позволял себе просить у него денег по телефону, хотя отношения у миллиардера и заместителя губернатора были исключительно рабочими. Защита Щукина возражала, поскольку вопросы о мотивах Иванова правильнее было бы задавать Иванову, а не Щукину. Но сам Щукин счел возможным ответить и пояснил, что, по его мнению, до того как Иванов звонил ему просить денег, «сперва с Иванова спрашивал Великий» [Тулеев].

Дело замов Тулеева: рентабельный «Разрез Инской» прихлопнула накопленная задолженность

Прокурор в очередной раз спросила, когда Щукин впервые услышал о забастовке на «Разрезе Инском», подсудимый, оговорившись перепутал век: «8 июля 1916 года».

«Нет, тогда еще Ульянов был, в 1916-ом», — поправил судья Вялов.

«Где Ульянов был? Кто такой Ульянов?! — изумился Щукин и тут же поправился — Да, 8 июля 2016 года».

Вопросы обвинения и ответы Щукина пошли по кругу.

Судья Вялов уточнил: «Я правильно понимаю, что когда у нас в области где-то из-за невыплаты заработной платы возникали забастовки, всегда звонили Вам?»

«Нет, Ваша честь! Почему мне? Там же люди еще богаче были, — скромно отрицал Щукин. — Но мне да, по забастовкам звонили, и помощь еще: палки, велосипеды. На зарплату просили». Щукин подтвердил, что под этими просьбами и подразумевал «рабочие отношения с Ивановым».

По просьбе прокурора Щукин перечислил марки угля, которые добывались на его шахтах. Наличие бизнес-планов в отношении «Разреза Инского» обвиняемый последовательно отрицал, 513 акций «Разреза Инского», по его мнению, права на управление шахтой не давали, поскольку нужно было 100%, чтобы другие собственники не могли заблокировать действия управляющих.

Щукин также повторил, что с Еленой Троицкой, Сергеем Крюковым, Артемием Шевелевым и «неделю возглавлявшим департамент» Александром Данильченко лично познакомился в ходе следствия в новосибирском суде, повторил историю про знакомство с Калинкиным на корпоративе.

Указание Бастрыкина в деле замов Тулеева: «Работайте с собственниками»

В телефонном разговоре с Калинкиным 11 июля 2016 года никаких мер к Цыганкову Щукин применять не предлагал.

Про фонд «Милосердие» Щукин ничего не знал. «Куда сказали перевести деньги — туда и перевел, — попробовал объяснить прокурору подсудимый. — Иванов прислал счет. Условий никаких не ставил, деньги перечислил и все. Отказать Иванову не мог, потому что сам был шахтером и понимал, что такое три месяца без зарплаты. На другие нужды я мог бы отказать, много кому отказывал, а шахтерам на зарплату — не мог».

С подачи председательствующего, участники процесса выяснили, что в прослушках телефонных разговоров Щукин отказывает Тулееву и не хочет сбрасываться на проведение Дня металлурга, а не на зарплату металлургам.

Отвечая, зачем нужно было искать собственников «Разреза Инского», Щукин пояснил, что собственники должны были платить на шахте деньги, а не он.

О задержании Цыганкова Щукин узнал по телефону от Тулеева 12 июля в 9:48, настоящего статуса Цыганкова подсудимый на тот момент не знал.

Геннадия Вернигора Щукин отправил к Иванову в Кемерово 12 июля разбираться, кто и что продает, какую сделку нужно заключать, юристы должны были решать на месте. Про сделку дарения акций Щукину 13 июля рассказал Вернигор в офисе «ЗапСибУгля», там же Щукин видел краснощекого Цыганкова, который уплетал с юристами шоколад и конфеты, пытался выяснить у него, сколько стоят акции, но Цыганков не мог определиться, Щукин поручил своим юристам разобраться, и доложить ему, а сам уехал в Кемерово на переговоры по УК «Заречной».

«А теперь Цыганков пишет, что я посмотрел на него как коршун, — вернулся Щукин к заявлению потерпевшего. — Моих намерений еще никаких не было, я с ним об акциях не разговаривал, повторяю, об этом юристы должны были договариваться, я его пять минут видел».

Прокурор продолжила формулировать сложноподчиненные вопросы, но к тому моменту, когда она заканчивала формулировку, Щукин часто уже терял нить и говорил: «Я не понял вопрос».

«Вы предлагали в оглашенных телефонных переговорах „по закону их садить“, кого „их“ и за что „садить“?» — поинтересовалась прокурор.

«Всех хозяйвов, которые не платят зарплату», — уточнил Щукин.

Калинкину Щукин по телефону пытался объяснить технические вопросы по шахте, и что СК "не набегается" за собственниками, потому что деньги на поддержку работы нужны будут постоянно и в большом количестве.

На этом допрашивать Щукина как обвиняемого в вымогательстве суд закончил и начал допрашивать его как свидетеля по эпизоду о взятке внедорожниками Сергею Калинкину.

Продолжение следует

Ранее опубликованные разговоры фигурантов "дела замов Тулеева" и другие публикации на эту тему:

Дело замов Тулеева: 100 миллионов за встречу с губернатором

"Все вопросы решаются в Москве"

"Сотку-то он нам еще же должен, или это уже забываем?"

"Нам дали команду — мы выполняем"

Как поссорился Аман Гумирович с Александром Филипповичем

Что "зашторило светлый образ" предпринимателя Щукина....

Шахтеры научились отличать собрание от забастовки

Тулеев - заместителю: "Меня зацепить у них же не получится?"

Судья отказался приобщить 100 лопат к делу замов Тулеева

Куда пропал вещдок?

Приобщенные разговоры и неприобщенные акты в деле замов Тулеева

К делу не пришьёшь

"То, что нам здесь предъявили, — это вообще дикость"

Как Аман Тулеев формулировал и контролировал свои поручения.

"Разрез Инской" портил показатель для Путина

"Продажа акций „Разреза Инского“ нас не интересовала"

"Отец родной послал нас сюда"

"Вернигор, вы себя не оговариваете?"

А. Щукин: "Тулеев держал меня в узде"

"Сто миллионов рублей я дал, а статья от 7 лет и выше"

Фото: Кирилл Канин
Источник: Тайга инфо
11.02.2021
Просмотров: 2576 | Комментариев: 8
кол 11.02.2021 12:47
Неужели такой интересный материал, можно подать так безалаберно плохо? Ау журналистика? Вывали практически неструктурированный материал. Бррр... С новым годом, пошли нафик... Фонарики приготовили кусты освещать бомбадронам?
4
9
=
-5
ШИЛО 11.02.2021 13:08
вот наша страна так и живет это напоминает борьбу за пойло в корыте один визг о честном бизнесе и мудрых руководителях от Москвы до самых окраин а потом чем этот народ недоволен и чо ему надо
5
0
=
5
uttkin 11.02.2021 13:39
...не, ну! за все надо платить!!! Даже своим работникам за их работу!!!
3
3
=
0
uttkin 11.02.2021 13:43
...как-то работники такси в Кемерово собрались заказать своего работодателя всего за 10 штук...работодателю тут же донесли решение коллектива и он принял верное решение...так же действовали Профсоюзы в Америке...вот поэтому наши капиталисты запретили профсоюзы...
3
2
=
1
altaika 11.02.2021 17:26
Интересно, когда-нибудь закончится этот сериал? Сколько потрачено денег на эти разборки... Я тоже поучаствовала в этом действе... Из Новокузнецка возили в Кемерово на суд, чтобы подтвердить, что я не знаю одного из действующих лиц... То есть я-СВИДЕТЕЛЬ!!! И как мне сказали приставы (возившие меня в Кемерово) свидетелей больше 200 чел. Интересно стоит тот разрез тех денег, которые потрачены на этот процесс?
4
4
=
0
b-km.ivanov 12.02.2021 16:09
Кто не выплатил з.п, садить, без альтернативы, только садить. Ни какими штрафами ре заменять. Садить так же тех, кто приктикует з.п в конвертах? Особенно.жестоко к тем? Ктт не оформляет работников. Тех так же садить? В лучшем случак или. К стенке вот польза будет.
0
0
=
0
Период голосования за комментарии завершен

Участвовать в голосованиях и оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Если Вы уже зарегистрированы на сайте авторизуйтесь.

Если Вы еще не проходили процедуру регистрации - зарегистрируйтесь